Среда, 21:48, 13.12.2017
Приветствуем Вас, Уважаемый читатель

А.С. Пушкин

Главная | Вход | RSS

Главная » Статьи » Сказки

СКАЗКА О ЦАРЕ САЛТАНЕ
СКАЗКА О ЦАРЕ САЛТАНЕ,
 О СЫНЕ ЕГО СЛАВНОМ И МОГУЧЕМ БОГАТЫРЕ
 КНЯЗЕ ГВИДОНЕ САЛТАНОВИЧЕ
 И О ПРЕКРАСНОЙ ЦАРЕВНЕ ЛЕБЕДИ.
 
  Три девицы под окном
 Пряли поздно вечерком.
 "Кабы я была царица, -
 Говорит одна девица, -
 То на весь крещеный мир
 Приготовила б я пир".
 "Кабы я была царица, -
 Говорит ее сестрица, -
 То на весь бы мир одна
 Наткала я полотна".
 "Кабы я была царица, -
 Третья молвила сестрица, -
 Я б для батюшки-царя
 Родила богатыря".
 
  Только вымолвить успела,
 Дверь тихонько заскрыпела,
 И в светлицу входит царь,
 Стороны той государь.
 Во всё время разговора
 Он стоял позадь забора;
 Речь последней по всему
 Полюбилася ему.
 "Здравствуй, красная девица, -
 Говорит он, - будь царица
 И роди богатыря
 Мне к исходу сентября.
 Вы ж, голубушки-сестрицы,
 Выбирайтесь из светлицы,
 Поезжайте вслед за мной,
 Вслед за мной и за сестрой:
 Будь одна из вас ткачиха,
 А другая повариха".
 
  В сени вышел царь-отец.
 Все пустились во дворец.
 Царь недолго собирался:
 В тот же вечер обвенчался.
 Царь Салтан за пир честной
 Сел с царицей молодой;
 А потом честные гости
 На кровать слоновой кости
 Положили молодых
 И оставили одних.
 В кухне злится повариха,
 Плачет у станка ткачиха,
 И завидуют оне
 Государевой жене.
 А царица молодая,
 Дела вдаль не отлагая,
 С первой ночи понесла.
 
  В те-поры война была.
 Царь Салтан, с женой простяся,
 На добра-коня садяся,
 Ей наказывал себя
 Поберечь, его любя.
 Между тем, как он далёко
 Бьется долго и жестоко,
 Наступает срок родин;
 Сына бог им дал в аршин,
 И царица над ребенком
 Как орлица над орленком;
 Шлет с письмом она гонца,
 Чтоб обрадовать отца.
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Извести ее хотят,
 Перенять гонца велят;
 Сами шлют гонца другого
 Вот с чем от слова до слова:
 "Родила царица в ночь
 Не то сына, не то дочь;
 Не мышонка, не лягушку,
 А неведому зверюшку".
 
  Как услышал царь-отец,
 Что донес ему гонец,
 В гневе начал он чудесить
 И гонца хотел повесить;
 Но, смягчившись на сей раз,
 Дал гонцу такой приказ:
 "Ждать царева возвращенья
 Для законного решенья".
 
  Едет с грамотой гонец,
 И приехал наконец.
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Обобрать его велят;
 Допьяна гонца поят
 И в суму его пустую
 Суют грамоту другую -
 И привез гонец хмельной
 В тот же день приказ такой:
 "Царь велит своим боярам,
 Времени не тратя даром,
 И царицу и приплод
 Тайно бросить в бездну вод".
 Делать нечего: бояре,
 Потужив о государе
 И царице молодой,
 В спальню к ней пришли толпой.
 Объявили царску волю -
 Ей и сыну злую долю,
 Прочитали вслух указ,
 И царицу в тот же час
 В бочку с сыном посадили,
 Засмолили, покатили
 И пустили в Окиян -
 Так велел-де царь Салтан.
 
  В синем небе звезды блещут,
 В синем море волны хлещут;
 Туча по небу идет,
 Бочка по морю плывет.
 Словно горькая вдовица,
 Плачет, бьется в ней царица;
 И растет ребенок там
 Не по дням, а по часам.
 День прошел, царица вопит...
 А дитя волну торопит:
 "Ты, волна моя, волна!
 Ты гульлива и вольна;
 Плещешь ты, куда захочешь,
 Ты морские камни точишь,
 Топишь берег ты земли,
 Подымаешь корабли -
 Не губи ты нашу душу:
 Выплесни ты нас на сушу!"
 И послушалась волна:
 Тут же на берег она
 Бочку вынесла легонько
 И отхлынула тихонько.
 Мать с младенцем спасена;
 Землю чувствует она.
 Но из бочки кто их вынет?
 Бог не уж то их покинет?
 Сын на ножки поднялся,
 В дно головкой уперся,
 Понатужился немножко:
 "Как бы здесь на двор окошко
 Нам проделать?" - молвил он,
 Вышиб дно и вышел вон.
 
  Мать и сын теперь на воле;
 Видят холм в широком поле,
 Море синее кругом,
 Дуб зеленый над холмом.
 Сын подумал: добрый ужин
 Был бы нам однако нужен.
 Ломит он у дуба сук
 И в тугой сгибает лук,
 Со креста снурок шелковый
 Натянул на лук дубовый,
 Тонку тросточку сломил,
 Стрелкой легкой завострил
 И пошел на край долины
 У моря искать дичины.
 
  К морю лишь подходит он,
 Вот и слышит будто стон...
 Видно на море не тихо;
 Смотрит - видит дело лихо:
 Бьется лебедь средь зыбей,
 Коршун носится над ней;
 Та бедняжка так и плещет,
 Воду вкруг мутит и хлещет...
 Тот уж когти распустил,
 Клёв кровавый навострил...
 Но как раз стрела запела,
 В шею коршуна задела -
 Коршун в море кровь пролил,
 Лук царевич опустил;
 Смотрит: коршун в море тонет
 И не птичьим криком стонет,
 Лебедь около плывет,
 Злого коршуна клюет,
 Гибель близкую торопит,
 Бьет крылом и в море топит -
 И царевичу потом
 Молвит русским языком:
 "Ты, царевич, мой спаситель,
 Мой могучий избавитель,
 Не тужи, что за меня
 Есть не будешь ты три дня,
 Что стрела пропала в море;
 Это горе - всё не горе.
 Отплачу тебе добром,
 Сослужу тебе потом:
 Ты не лебедь ведь избавил,
 Девицу в живых оставил;
 Ты не коршуна убил,
 Чародея подстрелил.
 Ввек тебя я не забуду:
 Ты найдешь меня повсюду
 А теперь ты воротись,
 Не горюй и спать ложись".
 
  Улетела лебедь-птица,
 А царевич и царица,
 Целый день проведши так,
 Лечь решились на тощак. -
 Вот открыл царевич очи;
 Отрясая грезы ночи
 И дивясь, перед собой
 Видит город он большой,
 Стены с частыми зубцами,
 И за белыми стенами
 Блещут маковки церквей
 И святых монастырей. -
 Он скорей царицу будит;
 Та как ахнет!... "То ли будет? -
 Говорит он, - вижу я:
 Лебедь тешится моя".
 Мать и сын идут ко граду.
 Лишь ступили за ограду,
 Оглушительный трезвон
 Поднялся со всех сторон:
 К ним народ навстречу валит,
 Хор церковный бога хвалит;
 В колымагах золотых
 Пышный двор встречает их;
 Все их громко величают
 И царевича венчают
 Княжей шапкой, и главой
 Возглашают над собой -
 И среди своей столицы,
 С разрешения царицы,
 В тот же день стал княжить он
 И нарекся: князь Гвидон.
 
  Ветер на море гуляет
 И кораблик подгоняет;
 Он бежит себе в волнах
 На раздутых парусах.
 Корабельщики дивятся,
 На кораблике толпятся,
 На знакомом острову
 Чудо видят наяву:
 Город новый златоглавый,
 Пристань с крепкою заставой -
 Пушки с пристани палят,
 Кораблю пристать велят.
 Пристают к заставе гости;
 Князь Гвидон зовет их в гости,
 Их он кормит и поит
 И ответ держать велит:
 "Чем вы, гости, торг ведете
 И куда теперь плывете?"
 Корабельщики в ответ;
 "Мы объехали весь свет,
 Торговали соболями,
 Чернобурыми лисами;
 А теперь нам вышел срок,
 Едем прямо на восток,
 Мимо острова Буяна,
 В царство славного Салтана..."
 Князь им вымолвил тогда:
 "Добрый путь вам, господа,
 По морю по окияну
 К славному царю Салтану;
 От меня ему поклон".
 Гости в путь, а князь Гвидон
 С берега душой печальной
 Провожает бег их дальный;
 Глядь - поверх текучих вод
 Лебедь белая плывет.
 "Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
 Что ты тих, как день ненастный?
 Опечалился чему?" -
 Говорит она ему.
 Князь печально отвечает:
 "Грусть-тоска меня съедает,
 Одолела молодца:
 Видеть я б хотел отца".
 Лебедь князю: "Вот в чем горе!
 Ну, послушай: хочешь в море
 Полететь за кораблем?
 Будь же, князь, ты комаром".
 И крылами замахала,
 Воду с шумом расплескала
 И обрызгала его
 С головы до ног - всего.
 Тут он в точку уменьшился,
 Комаром оборотился,
 Полетел и запищал,
 Судно на море догнал,
 Потихоньку опустился
 На корабль - и в щель забился.
 Ветер весело шумит,
 Судно весело бежит
 Мимо острова Буяна,
 К царству славного Салтана,
 И желанная страна
 Вот уж издали видна.-
 Вот на берег вышли гости;
 Царь Салтан зовет их в гости;
 И за ними во дворец
 Полетел наш удалец.
 Видит: весь сияя в злате,
 Царь Салтан сидит в палате
 На престоле и в венце
 С грустной думой на лице;
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Около царя сидят
 И в глаза ему глядят.
 Царь Салтан гостей сажает
 За свой стол и вопрошает:
 "Ой вы, гости-господа,
 Долго ль ездили? куда?
 Ладно ль за морем, иль худо?
 И какое в свете чудо?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет;
 За морем житье нехудо,
 В свете ж вот какое чудо:
 В море остров был крутой,
 Не привальный, не жилой;
 Он лежал пустой равниной;
 Рос на нем дубок единый;
 А теперь стоит на нем
 Новый город со дворцом,
 С златоглавыми церквами,
 С теремами и садами,
 А сидит в нем князь Гвидон;
 Он прислал тебе поклон".
 Царь Салтан дивится чуду;
 Молвит он: "Коль жив я буду,
 Чудный остров навещу,
 У Гвидона погощу".
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Не хотят его пустить
 Чудный остров навестить.
 "Уж диковинка, ну право, -
 Подмигнув другим лукаво,
 Повариха говорит: -
 Город у моря стоит!
 Знайте, вот что не безделка:
 Ель в лесу, под елью белка,
 Белка песенки поет
 И орешки всё грызет,
 А орешки не простые,
 Всё скорлупки золотые,
 Ядра - чистый изумруд;
 Вот что чудом-то зовут".
 Чуду царь Салтан дивится,
 А комар-то злится, злится -
 И впился комар как раз
 Тетке прямо в правый глаз.
 Повариха побледнела,
 Обмерла и окривела.
 Слуги, сватья и сестра
 С криком ловят комара
 "Распроклятая ты мошка!
 Мы тебя!..." А он в окошко,
 Да спокойно в свой удел
 Через море полетел.
 
  Снова князь у моря ходит,
 С синя моря глаз не сводит;
 Глядь - поверх текучих вод
 Лебедь белая плывет.
 "Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
 Что ж ты тих, как день ненастный?
 Опечалился чему?" -
 Говорит она ему.
 Князь Гвидон ей отвечает:
 "Грусть-тоска меня съедает;
 Чудо чудное завесть
 Мне б хотелось. Где-то есть
 Ель в лесу, под елью белка;
 Диво, право, не безделка -
 Белка песенки поет,
 Да орешки всё грызет,
 А орешки не простые,
 Всё скорлупки золотые,
 Ядра - чистый изумруд;
 Но, быть может, люди врут".
 Князю лебедь отвечает:
 "Свет о белке правду бает;
 Это чудо знаю я;
 Полно, князь, душа моя,
 Не печалься; рада службу
 Оказать тебе я в дружбу".
 С ободренною душой
 Князь пошел себе домой;
 Лишь ступил на двор широкой -
 Что ж? под елкою высокой,
 Видит, белочка при всех
 Золотой грызет орех,
 Изумрудец вынимает,
 А скорлупку собирает,
 Кучки равные кладет,
 И с присвисточкой поет
 При честном при всем народе:
 Во саду ли, в огороде.
 Изумился князь Гвидон.
 "Ну, спасибо, - молвил он: -
 Ай да лебедь - дай ей боже,
 Что и мне, веселье то же".
 Князь для белочки потом
 Выстроил хрустальный дом,
 Караул к нему приставил
 И притом дьяка заставил
 Строгий счет орехам весть.
 Князю прибыль, белке честь.
 
  Ветер по морю гуляет
 И кораблик подгоняет;
 Он бежит себе в волнах
 На поднятых парусах
 Мимо острова крутого,
 Мимо города большого;
 Пушки с пристани палят,
 Кораблю пристать велят.
 Пристают к заставе гости;
 Князь Гвидон зовет их в гости,
 Их и кормит и поит
 И ответ держать велит:
 "Чем вы, гости, торг ведете
 И куда теперь плывете?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет
 Торговали мы конями,
 Всё донскими жеребцами,
 А теперь нам вышел срок -
 И лежит нам путь далек:
 Мимо острова Буяна,
 В царство славного Салтана..."
 Говорит им князь тогда:
 "Добрый путь вам, господа,
 По морю по окияну
 К славному царю Салтану;
 Да скажите: князь Гвидон
 Шлет царю-де свой поклон".
 
  Гости князю поклонились,
 Вышли вон и в путь пустились.
 К морю князь - а лебедь там
 Уж гуляет по волнам.
 Молит князь: душа-де просит,
 Так и тянет и уносит...
 Вот опять она его
 Вмиг обрызгала всего:
 В муху князь оборотился,
 Полетел и опустился
 Между моря и небес
 На корабль - и в щель залез.
 
  Ветер весело шумит,
 Судно весело бежит
 Мимо острова Буяна,
 В царство славного Салтана -
 И желанная страна
 Вот уж издали видна;
 Вот на берег вышли гости;
 Царь Салтан зовет их в гости,
 И за ними во дворец
 Полетел наш удалец.
 Видит: весь сияя в злате,
 Царь Салтан сидит в палате
 На престоле и в венце,
 С грустной думой на лице.
 А ткачиха с Бабарихой
 Да с кривою поварихой
 Около царя сидят,
 Злыми жабами глядят.
 Царь Салтан гостей сажает
 За свой стол и вопрошает:
 "Ой вы, гости-господа,
 Долго ль ездили? куда?
 Ладно ль за морем, иль худо,
 И какое в свете чудо?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет;
 За морем житье нехудо;
 В свете ж вот какое чудо:
 Остров на море лежит,
 Град на острове стоит.
 С златоглавыми церквами,
 С теремами да садами;
 Ель растет перед дворцом,
 А под ней хрустальный дом;
 Белка там живет ручная,
 Да затейница какая!
 Белка песенки поет,
 Да орешки всё грызет,
 А орешки не простые,
 Всё скорлупки золотые,
 Ядра - чистый изумруд;
 Слуги белку стерегут,
 Служат ей прислугой разной -
 И приставлен дьяк приказный
 Строгий счет орехам весть;
 Отдает ей войско честь;
 Из скорлупок льют монету,
 Да пускают в ход по свету;
 Девки сыплют изумруд
 В кладовые, да подспуд;
 Все в том острове богаты,
 Изоб нет, везде палаты;
 А сидит в нем князь Гвидон;
 Он прислал тебе поклон".
 Царь Салтан дивится чуду.
 "Если только жив я буду,
 Чудный остров навещу,
 У Гвидона погощу".
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Не хотят его пустить
 Чудный остров навестить.
 Усмехнувшись исподтиха,
 Говорит царю ткачиха:
 "Что тут дивного? ну, вот!
 Белка камушки грызет,
 Мечет золото и в груды
 Загребает изумруды;
 Этим нас не удивишь,
 Правду ль, нет ли говоришь.
 В свете есть иное диво:
 Море вздуется бурливо,
 Закипит, подымет вой,
 Хлынет на берег пустой,
 Разольется в шумном беге,
 И очутятся на бреге,
 В чешуе, как жар горя,
 Тридцать три богатыря,
 Все красавцы удалые,
 Великаны молодые,
 Все равны, как на подбор,
 С ними дядька Черномор,
 Это диво, так уж диво,
 Можно молвить справедливо!"
 Гости умные молчат,
 Спорить с нею не хотят.
 Диву царь Салтан дивится,
 А Гвидон-то злится, злится....
 Зажужжал он и как раз
 Тетке сел на левый глаз,
 И ткачиха побледнела:
 "Ай!" и тут же окривела;
 Все кричат: "Лови, лови,
 Да дави ее, дави....
 Вот ужо! постой немножко,
 Погоди...." А князь в окошко,
 Да спокойно в свой удел
 Через море прилетел.
 
  Князь у синя моря ходит,
 С синя моря глаз не сводит;
 Глядь - поверх текучих вод
 Лебедь белая плывет.
 "Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
 Что ты тих, как день ненастный!
 Опечалился чему?" -
 Говорит она ему.
 Князь Гвидон ей отвечает:
 "Грусть-тоска меня съедает -
 Диво б дивное хотел
 Перенесть я в мой удел".
 - "А какое ж это диво?"
 - "Где-то вздуется бурливо
 Окиян, подымет вой,
 Хлынет на берег пустой,
 Расплеснется в шумном беге,
 И очутятся на бреге,
 В чешуе, как жар горя,
 Тридцать три богатыря,
 Все красавцы молодые,
 Великаны удалые,
 Все равны, как на подбор,
 С ними дядька Черномор".
 Князю лебедь отвечает:
 "Вот что, князь, тебя смущает?
 Не тужи, душа моя,
 Это чудо знаю я.
 Эти витязи морские
 Мне ведь братья все родные.
 Не печалься же, ступай,
 В гости братцев поджидай".
 
  Князь пошел, забывши горе,
 Сел на башню, и на море
 Стал глядеть он; море вдруг
 Всколыхалося вокруг,
 Расплескалось в шумном беге
 И оставило на бреге
 Тридцать три богатыря;
 В чешуе, как жар горя,
 Идут витязи четами,
 И блистая сединами
 Дядька впереди идeт
 И ко граду их ведет.
 С башни князь Гвидон сбегает,
 Дорогих гостей встречает;
 Второпях народ бежит;
 Дядька князю говорит:
 "Лебедь нас к тебе послала
 И наказом наказала
 Славный город твой хранить
 И дозором обходить.
 Мы отныне ежеденно
 Вместе будем непременно
 У высоких стен твоих
 Выходить из вод морских,
 Так увидимся мы вскоре,
 А теперь пора нам в море;
 Тяжек воздух нам земли".
 Все потом домой ушли.
 
  Ветер по морю гуляет
 И кораблик подгоняет;
 Он бежит себе в волнах
 На поднятых парусах
 Мимо острова крутого,
 Мимо города большого;
 Пушки с пристани палят
 Кораблю пристать велят.
 Пристают к заставе гости.
 Князь Гвидон зовет их в гости,
 Их и кормит и поит
 И ответ держать велит:
 "Чем вы, гости, торг ведете?
 И куда теперь плывете?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет;
 Торговали мы булатом,
 Чистым серебром и златом,
 И теперь нам вышел срок;
 А лежит нам путь далек,
 Мимо острова Буяна
 В царство славного Салтана".
 Говорит им князь тогда:
 "Добрый путь вам, господа,
 По морю по окияну
 К славному царю Салтану.
 Да скажите ж: князь Гвидон
 Шлет-де свой царю поклон".
 
  Гости князю поклонились.
 Вышли вон и в путь пустились.
 К морю князь, а лебедь там
 Уж гуляет по волнам.
 Князь опять: душа-де просит...
 Так и тянет и уносит...
 И опять она его
 Вмиг обрызгала всего.
 Тут он очень уменьшился,
 Шмелем князь оборотился,
 Полетел и зажужжал;
 Судно на море догнал,
 Потихоньку опустился
 На корму - и в щель забился.
 
  Ветер весело шумит,
 Судно весело бежит
 Мимо острова Буяна,
 В царство славного Салтана,
 И желанная страна
 Вот уж издали видна.
 Вот на берег вышли гости.
 Царь Салтан зовет их в гости,
 И за ними во дворец
 Полетел наш удалец.
 Видит, весь сияя в злате,
 Царь Салтан сидит в палате
 На престоле и в венце,
 С грустной думой на лице.
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Около царя сидят -
 Четырьмя все три глядят.
 Царь Салтан гостей сажает
 За свой стол и вопрошает:
 "Ой вы, гости-господа,
 Долго ль ездили? куда?
 Ладно ль за морем иль худо?
 И какое в свете чудо?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет;
 За морем житье нехудо;
 В свете ж вот какое чудо:
 Остров на море лежит,
 Град на острове стоит,
 Каждый день идет там диво:
 Море вздуется бурливо,
 Закипит, подымет вой,
 Хлынет на берег пустой,
 Расплеснётся в скором беге -
 И останутся на бреге
 Тридцать три богатыря,
 В чешуе златой горя,
 Все красавцы молодые,
 Великаны удалые,
 Все равны, как на подбор;
 Старый дядька Черномор
 С ними из моря выходит
 И попарно их выводит,
 Чтобы остров тот хранить
 И дозором обходить -
 И той стражи нет надежней,
 Ни храбрее, ни прилежней.
 А сидит там князь Гвидон;
 Он прислал тебе поклон".
 Царь Салтан дивится чуду.
 "Коли жив я только буду,
 Чудный остров навещу
 И у князя погощу".
 Повариха и ткачиха
 Ни гугу - но Бабариха
 Усмехнувшись говорит:
 "Кто нас этим удивит?
 Люди из моря выходят
 И себе дозором бродят!
 Правду ль бают или лгут,
 Дива я не вижу тут.
 В свете есть такие ль дива?
 Вот идет молва правдива:
 За морем царевна есть,
 Что не можно глаз отвесть;
 Днем свет божий затмевает,
 Ночью землю освещает,
 Месяц под косой блестит,
 А во лбу звезда горит.
 А сама-то величава,
 Выплывает, будто пава;
 А как речь-то говорит,
 Словно реченька журчит.
 Молвить можно справедливо,
 Это диво, так уж диво".
 Гости умные молчат:
 Спорить с бабой не хотят.
 Чуду царь Салтан дивится -
 А царевич хоть и злится,
 Но жалеет он очей
 Старой бабушки своей;
 Он над ней жужжит, кружится -
 Прямо на нос к ней садится
 Нос ужалил богатырь;
 На носу вскочил волдырь.
 И опять пошла тревога:
 "Помогите, ради бога!
 Караул! лови, лови,
 Да дави его, дави....
 Вот ужо! пожди немножко,
 Погоди!..." А шмель в око
 Да спокойно в свой удел
 Через море полетел.
 
  Князь у синя моря ходит,
 С синя моря глаз не сводит;
 Глядь - поверх текучих вод
 Лебедь белая плывет.
 "Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
 Что ж ты тих, как день ненастный?
 Опечалился чему?" -
 Говорит она ему.
 Князь Гвидон ей отвечает:
 "Грусть-тоска меня съедает;
 Люди женятся; гляжу,
 Неженат лишь я хожу".
 - "А кого же на примете
 Ты имеешь?" - "Да на свете,
 Говорят, царевна есть,
 Что не можно глаз отвесть.
 Днем свет божий затмевает,
 Ночью землю освещает -
 Месяц под косой блестит,
 А во лбу звезда горит.
 А сама-то величава,
 Выступает, будто пава;
 Сладку речь-то говорит,
 Будто реченька журчит.
 Только, полно, правда ль это?"
 Князь со страхом ждет ответа.
 Лебедь белая молчит
 И подумав говорит;
 "Да! такая есть девица.
 Но жена не рукавица:
 С белой ручки не стряхнешь,
 Да за пояс не заткнешь.
 Услужу тебе советом -
 Слушай: обо всем об этом
 Пораздумай ты путем,
 Не раскаяться б потом".
 Князь пред нею стал божиться,
 Что пора ему жениться,
 Что об этом обо всем
 Передумал он путем;
 Что готов душою страстной
 За царевною прекрасной
 Он пешком итти отсель.
 Хоть за тридевять земель.
 Лебедь тут, вздохнув глубоко,
 Молвила: "Зачем далёко?
 Знай, близка судьба твоя,
 Ведь царевна эта - я".
 Тут она, взмахнув крылами,
 Полетела над волнами
 И на берег с высоты
 Опустилася в кусты,
 Встрепенулась, отряхнулась
 И царевной обернулась:
 Месяц под косой блестит,
 А во лбу звезда горит;
 А сама-то величава,
 Выступает, будто пава;
 А как речь-то говорит,
 Словно реченька журчит.
 Князь царевну обнимает,
 К белой груди прижимает
 И ведет ее скорей
 К милой матушке своей.
 Князь ей в ноги, умоляя:
 "Государыня-родная!
 Выбрал я жену себе,
 Дочь послушную тебе.
 Просим оба разрешенья,
 Твоего благословенья:
 Ты детей благослови
 Жить в совете и любви".
 Над главою их покорной
 Мать с иконой чудотворной
 Слезы льет и говорит:
 "Бог вас, дети, наградит".
 Князь не долго собирался,
 На царевне обвенчался;
 Стали жить да поживать,
 Да приплода поджидать.
 
  Ветер по морю гуляет
 И кораблик подгоняет;
 Он бежит себе в волнах
 На раздутых парусах
 Мимо острова крутого,
 Мимо города большого;
 Пушки с пристани палят,
 Кораблю пристать велят.
 Пристают к заставе гости.
 Князь Гвидон зовет их в гости,
 Он их кормит и поит
 И ответ держать велит:
 "Чем вы, гости, торг ведете
 И куда теперь плывете?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет,
 Торговали мы не даром
 Неуказанным товаром;
 А лежит нам путь далек:
 Восвояси на восток,
 Мимо острова Буяна,
 В царство славного Салтана".
 Князь им вымолвил тогда:
 "Добрый путь вам, господа,
 По морю по окияну
 К славному царю Салтану;
 Да напомните ему,
 Государю своему:
 К нам он в гости обещался,
 А доселе не собрался -
 Шлю ему я свой поклон".
 Гости в путь, а князь Гвидон
 Дома на сей раз остался
 И с женою не расстался.
 
  Ветер весело шумит,
 Судно весело бежит
 Мимо острова Буяна,
 К царству славного Салтана,
 И знакомая страна
 Вот уж издали видна.
 Вот на берег вышли гости.
 Царь Салтан зовет их в гости.
 Гости видят: во дворце
 Царь сидит в своем венце,
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Около царя сидят,
 Четырьмя все три глядят.
 Царь Салтан гостей сажает
 За свой стол и вопрошает:
 "Ой вы, гости-господа,
 Долго ль ездили? куда?
 Ладно ль за морем, иль худо?
 И какое в свете чудо?"
 Корабельщики в ответ:
 "Мы объехали весь свет;
 За морем житье нехудо,
 В свете ж вот какое чудо:
 Остров на море лежит,
 Град на острове стоит,
 С златоглавыми церквами,
 С теремами и садами;
 Ель растет перед дворцом,
 А под ней хрустальный дом;
 Белка в нем живет ручная,
 Да чудесница какая!
 Белка песенки поет,
 Да орешки всё грызет;
 А орешки не простые,
 Скорлупы-то золотые,
 Ядра - чистый изумруд
 Белку холят, берегут.
 Там еще другое диво:
 Море вздуется бурливо:
 Закипит, подымет вой,
 Хлынет на берег пустой,
 Расплеснется в скором беге,
 И очутятся на бреге,
 В чешуе, как жар горя,
 Тридцать три богатыря,
 Все красавцы удалые,
 Великаны молодые,
 Все равны, как на подбор -
 С ними дядька Черномор.
 И той стражи нет надежней,
 Ни храбрее, ни прилежней.
 А у князя женка есть,
 Что не можно глаз отвесть:
 Днем свет божий затмевает,
 Ночью землю освещает;
 Месяц под косой блестит,
 А во лбу звезда горит.
 Князь Гвидон тот город правит,
 Всяк его усердно славит;
 Он прислал тебе поклон,
 Да тебе пеняет он:
 К нам-де в гости обещался
 А доселе не собрался".
 
  Тут уж царь не утерпел,
 Снарядить он флот велел.
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Не хотят царя пустить
 Чудный остров навестить.
 Но Салтан им не внимает
 И как раз их унимает:
 "Что я? царь или дитя? -
 Говорит он не шутя: -
 Нынче ж еду!" - Тут он топнул,
 Вышел вон и дверью хлопнул.
 
  Под окном Гвидон сидит,
 Молча на море глядит:
 Не шумит оно, не хлещет,
 Лишь едва, едва трепещет,
 И в лазоревой дали
 Показались корабли:
 По равнинам окияна
 Едет флот царя Салтана.
 Князь Гвидон тогда вскочил,
 Громогласно возопил:
 "Матушка моя родная!
 Ты, княгиня молодая!
 Посмотрите вы туда:
 Едет батюшка сюда".
 Флот уж к острову подходит.
 Князь Гвидон трубу наводит:
 Царь на палубе стоит
 И в трубу на них глядит;
 С ним ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой;
 Удивляются оне
 Незнакомой стороне.
 Разом пушки запалили;
 В колокольнях зазвонили;
 К морю сам идет Гвидон;
 Там царя встречает он
 С поварихой и ткачихой,
 С сватьей бабой Бабарихой;
 В город он повел царя,
 Ничего не говоря.
 
  Все теперь идут в палаты;
 У ворот блистают латы,
 И стоят в глазах царя
 Тридцать три богатыря,
 Все красавцы молодые,
 Великаны удалые,
 Все равны, как на подбор,
 С ними дядька Черномор.
 Царь ступил на двор широкой:
 Там под елкою высокой
 Белка песенку поет,
 Золотой орех грызет,
 Изумрудец вынимает
 И в мешечек опускает;
 И засеян двор большой
 Золотою скорлупой.
 Гости дале - торопливо
 Смотрят - что ж? княгиня-диво:
 Под косой луна блестит,
 А во лбу звезда горит;
 А сама-то величава,
 Выступает, будто пава,
 И свекровь свою ведет.
 Царь глядит - и узнает...
 В нем взыграло ретивое!
 "Что я вижу? что такое?
 Как!" - и дух в нем занялся...
 Царь слезами залился,
 Обнимает он царицу
 И сынка и молодицу,
 И садятся все за стол;
 И веселый пир пошел.
 А ткачиха с поварихой,
 С сватьей бабой Бабарихой,
 Разбежались по углам;
 Их нашли насилу там.
 Тут во всем они признались,
 Повинились, разрыдались;
 Царь для радости такой
 Отпустил всех трех домой.
 День прошел - царя Салтана
 Уложили спать вполпьяна.
 Я там был; мед, пиво пил -
 И усы лишь обмочил.

Категория: Сказки | Добавил: Silence (31.07.2009)
Просмотров: 1311
Поиск
Категории
Стихотворения [136]
Сказки [8]
Поэмы, романы, повести в стихах [40]
Повести и рассказы в прозе [29]
Наши партнеры:
Graffiti Decorations(R) Studio (TM) Site Promoter
Хостинг от uCoz